Акции!
★ Весь сентябрь — упрощенный прием персонажей из сериалов.
★ Упрощенный прием для игроков, которые готовы играть на иностранном языке.
★ Каждому начавшему игру на иностранном языке предоставляется возможность разместить персонажа из нужных в таблице сроком на две недели.

TONYCLAIREPETER

До 12.08 - общефорумный субботник. Подробности в теме Новости

гостеваянужные персонажисписок ролей и фандомовправилашаблон анкетыхочу к вам

FLAME

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FLAME » Внутрифандомные эпизоды » Забыла. Мы чего уединились?


Забыла. Мы чего уединились?

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://s6.uploads.ru/ldLjf.gif http://s2.uploads.ru/bs4eC.gif
А Баки выйдет погулять?


Забыла. Мы чего уединились?
участники: Пегги Картер, Джеймс Барнс
время и место: 1944 год, конец февраля, на границе Чехословакии

пегги /наблюдает, как стив и баки спасают мир/
пегги /красивая на фоне/
пегги /пилит ногти, скучает, наблюдает/
пегги /похищается/
похитители /обрели счастье-радость/
пегги /расцветает/
пегги /творит веселую хрень/
баки: я тебя спасаю
пегги: даблин
пегги /наблюдает/

Отредактировано Peggy Carter (2017-08-03 22:37:23)

+1

2

Обман был вскрыт. И вскрытье показало...
Пегги нисколько не приуменьшала значимости своей роли в происходящем: один из лучших дешифровщиков, она, возможно, и не была незаменимой, но весьма и однозначно полезной — совершенно точно.
Именно поэтому она чувствовала себя немного… задетой? Возможно. Она чувствовала себя немного задетой не то что бы пренебрежением, о нет, но тем, что оказывалась несколько на втором плане, если не фоне, так точно.
«Наше дело маленькое» — разумеется. Однако агент Картер рассчитывала на несколько большее признание — хотя бы со стороны начальства, — чем было сейчас.
Да, конечно, наверняка Стив, которого теперь знали в основном под именем «капитан Америка», ценил ее неоценимую помощь. Но.
Но всегда оставалось это «но», которое не давало жить и спать спокойно.
Мужчины — солдаты — спасали мир. Уничтожали гнезда ГИДР’ы, искали и находили себе славу… Пегги была где-то рядом. Неизменной, постоянной тенью. Приевшейся настолько, что в ином случае она бы могла раствориться вовсе.
К счастью, это был не иной случай.
К счастью — к счастью ли? — не все считали ее просто тенью Кэпа.
Пегги, по правде говоря, не знала даже, радоваться этому или нет.
По всему выходило, что лучше не стоит. Мало того, что прокололась, так еще и попалась.

Пегги помнила одну из причин, почему ей предложили работу агентом — она тогда, помнится, даже отказалась.
Женщина — это нечто привычное. Незаметное. Не бросающееся в глаза. Раньше об этом Пегги не задумывалась — в самом-то деле, всегда приятнее думать, что ты единственная, неповторимая и крайне умная.
Как оказалось позже — когда один из самых близких людей умер, а смысл жизни немного потерялся, — нет. Иногда намного удобнее быть незаметной, не выделяющейся, не бросающейся в глаза.
Или бросающейся — но так, что никто тебя толком не запомнит.
Запомнит яркий макияж, пронзительный взгляд и мелькание на фоне Капитана Америки — и только.
Пегги слишком быстро привыкла к тому, что она снова — а было ли иначе? — стала фоном. Приятным дополнением
И потому то, что кто-то сумел разглядеть за глянцевой картинкой не самое глянцевое содержание, ее несколько… удивило.
Но и порадовало.
Это было иррационально, не слишком нормально и совершенно не к месту — радоваться тому, что тебя кто-то похитил.
Но это несколько поднимало самооценку.
В самом-то деле. Расскажи кому — не поверят.
Или поверят, но очень вряд ли.

— Думаешь, она что-то знает? — скверный английский звучит настолько ужасно и ломано, что Пегги с трудом заставляет себя не скривиться. И еще говорят, что это у нее ужасный акцент — куда там! Правда, Пегги не может взять в толк, зачем они говорят на понятном ей языке, но загадка решается быстро — ответ звучит бодро, быстро и четко. Совершенно без акцента, без примечательных деталей — во всяком случае, таких, которые позволили бы опознать говорившего с закрытыми глазами.
Во всяком случае, пока что.
Пегги, в конце концов, не зря получает жалование.
Она склоняет голову к плечу, шумно вздыхая, закидывает ногу на ногу.
Ноги ей не привязали. Прекрасно.
Наверное, можно не спрашивать, где берут таких умных?
— Я это знаю. Видел ее раньше. Явно не просто так за капитаном своим таскается.
Агент Картер поднимает взгляд на говорящих — она стоят метрах в двадцати от нее, — и прикрывает глаза. Роняет голову.
Она, разумеется, не просто так таскается за своим капитаном, но.
Опять это вездесущее «но».
Но ей совершенно не нравится то, что капитан сейчас находится черт знает где, она сама — тем более, а руки связаны слишком хорошо.
Надо бы подумать.

+1

3

    Честно говоря, это совершенно не входит в их планы.
    В их планы вообще мало что входило до тех пор, пока они не оказывались по ту сторону очередной зачистки, и тогда, разумеется, «все шло четко по плану, мы сами удивились». Но сейчас — это совершенно не входит в их планы. Поэтому они разделяются: Джеймс берет Дугана, и Стив отпускает их с чистой душой. Две метких стрелка и опытных бойца точно справятся.
    Перед этим, конечно, Джеймсу приходится провести терапевтическую беседу со Стивом о том, почему будет разумнее, проще и эффективнее разделиться, а не ему самому бежать спасать Пегги из плена. Джеймс трижды прикладывает руку к лицу, дважды травит не по-офицерски пошлые шутки и один раз хлопает Стива по плечу: ну, чего ты? Если это ловушка, и Пегги охраняют с особой тщательностью — будет разумнее пустить вперед кого-то, кто не Капитан Америка. Если это не ловушка, а очередная секта подражателей ГИДРЕ, ну или какая-то их мелкая ячейка, то Джеймс и Дум Дум справятся без лишнего шороху.
     — Да не переживай, вернется она к тебе, даже макияж не сотрется, — подмигивает Джеймс Стиву перед тем, как сесть на мотоцикл и отправится выслеживать похитителей Пегги.
    Он, конечно, уважает высокие платонические чувства Стива и его четко расставленные приоритеты в жизни, но тут сам Бог велел подколоть.
    Для того, чтобы выследить похитителей, у них уходит пара дней — снег заметает следы, порой мотоциклы застревают, а потом им приходится оставить их, чтобы сэкономить горючее для поездки обратно. Дум Дум — отличный напарник, и когда они все-таки замечают занесенное снегом, выкрашенное в белый здание, он травит такую лихую шутку, что Джеймсу приходится укусить свою перчатку, чтобы не загоготать в голос. Но он прав: судя по тому, как местный сторож радостно выводит какой-то символ, писая в сугроб на углу здания, вряд ли эти ребята имеют какое-то отношение к той хорошо организованной, напичканной технологиями ГИДРЕ, которую они привыкли зачищать на обычных базах. Да и дом этот не выглядит как база. Скорее как заброшенный военный объект не самого первого значения.
    Они дожидаются, когда стемнеет, а потом Дум Дум достает винтовку и дает сигнал.
    Первым падает несостоявшийся художник-сторож, вторым — его коллега. Третьего Дум Дум снять не успевает, и Джеймсу приходится стрелять на бегу. Он попадает, но, пожалуй, недостаточно быстро. Да и звук перестрелки слишком громкий для тихой лесной ночи. Джеймс прижимается к стене одноэтажного здания и дожидается Дум Дума. Вдвоем они решают, что скорее всего основная часть этой мини-базы сосредоточена под землей. Что лишает их возможности просто вломиться в окна или, еще лучше, закинуть туда взрывчатку. И она защищена явно лучше, чем они предположили, глядя на сторожа-придурка. Видимо, он просто дефектный какой-то.
    Джеймс перехватывает автомат и заглядывает в ближайшее окно: большое помещение, двое солдат сидят за столом у стены — видимо, форма КПП. Чуть дальше — большая металлическая дверь с замком, видимо, вход в бункер. Вдвоем с Дум Думом они могли бы и зачистить тут все, но так велика вероятность, что Пегги достанется от похитителей. Или они использует ее для шантажа. Джеймс делает знак Дум Думу, и они врываются внутрь, быстро и эффективно зачищая двух солдат после того, как узнают у них пароль от двери. Теперь никто не сможет дать знать тем, что остались внизу, о том, что Коммандос пришли за своей.
    Дверь пропускает их на узкую лестницу вниз.
[AVA]https://s2.postimg.org/8l6e4fz61/jamesbarnes.jpg[/AVA]

Отредактировано James Barnes (2017-08-28 21:42:58)

+1

4

Пегги отвыкает от сидячей работы — и двое суток, проведенных на стуле в веревках, сказываются на ней не лучшим образом. Или скажутся.
Конечно, время от времени случаются передышки, когда у Пегги появляется возможность размять ноги, и ее даже не морят голодом, иногда дают спать (точнее Пегги спит, когда до нее нет дела похитителям). Но на стуле и в веревках она проводит в общей сложности около сорока часов, а на лице расплывается отвратительный синяк поверх глубокой ссадины. Синяк захватывает область левой скулы и тянется до линии челюсти.
Пегги случайно ловит свое отражение в жестяной чашке с водой и на краткое мгновение радуется, что у нее нет под рукой зеркала. Не то что бы она сейчас так сильно беспокоится о том, как выглядит, но из двух зол — кровоподтек на половину лица или попытки угадать, как скоро за ней придут и придут ли вообще.
Стив наверняка ее не оставит — Пегги это знает. Она в это верит.
Она, надо сказать иначе, очень сильно хочет в это верить.
Потому что Стив не один — рядом с ним есть люди, которые не дадут ему кинуться грудью на амбразуру, раскидывая по пути врагов и рискуя собственной головой, и с одной стороны это, разумеется, безмерно радует — он сам точно не убьется.
Но с другой — несколько… нервирует.
Не убьется ли тогда она.
Словом, сейчас бы Пегги предпочла смотреть в зеркальце и тяжко вздыхать, пытаясь понять, как лучше замаскировать косметикой это вот ужасное, чем. Чем.
Пегги прерывисто выдыхает, обводит кончиком языка пересохшие и потрескавшиеся губы, а еще угол рта, с той стороны, где синяк, разбит, и пытается почесать коленкой коленку, но это сложно — ноги привязаны к разным ножкам стула.
Однажды она просто весьма метко попадает ногой по коленке того ублюдка, который говорит с ужасающим акцентом, за что и получает первый синяк.
Есть еще на руках и ребрах. На животе не остается следов — туда удары прилетают относительно мягкие.
Правда, бьют вообще со знанием дела — никаких травм, никаких внутренних кровотечений, просто мерзкая, противная и неотступная боль на фоне. Чуть дернешься, повернешься не так или слишком резко вздохнешь — и резкой же болью отзываются синяки.
Она заметно отличается от среднестатистической женщины Великобритании или Штатов — но совсем не на первый взгляд. На первый взгляд женщина — это всегда женщина, хрупкое и слабое создание, беспомощное и полезное только в домашнем хозяйстве.
Поэтому первое время Пегги даже честно давится слезами, смотрит большими глазами и просит ее отпустить.
Вот уже потом она врежет этому мудаку по коленке — потому что надо знать, как обращаться с женщинами, — и получит синяк.
— …я понятия не имею, о чем вы говорите, — устало повторяет Пегги, округляет глаза и смотрит честно-честно. — Мне ничего неизвестно о местоположении Капитана Америки, — она сглатывает, снова облизывает пересохшие губы. Прикрывает глаза. — Он мне не докладывается. Он не придет за мной. Нас вообще не связывает ничего личного.
И это ведь почти так. В самом-то деле.
Все зло мира отнюдь не сосредоточено в ГИДРЕ — эта шарашка не имеет к ней никакого отношения. Просто еще одна горстка ублюдков, решившая воспользоваться плачевным состоянием всего мира в тяжелое время.
Когда-нибудь и они закончатся.
Например, когда до них доберется Стив, и Пегги малодушно надеется, что он действительно доберется, и малодушность эта принадлежит иррациональной ее составляющей.
Не дай бог — он сюда сунется. Тогда Пегги самолично надерет ему задницу, пусть только развяжут руки.
— Уже вторые сутки, — она морщится, поерзав на жестком и неудобном стуле, чувствуя, как заломило спину, — я объясняю вам, что ни один «герой» не будет бросаться спасать якобы «даму сердца». Это, — она тяжело, раздраженно вздыхает, — иррационально. Пожертвовать спасением мира ради спасения дамочки в беде — вы правда не очень умные, да?

+1

5

    Джеймс вваливается в комнату или, вернее, влетает сквозь дверной проем, падает на спину прямо на пол, весь в чужой крови, и первым делом стреляет в человека в коридоре. Тот падает на пол с глухим звуком. Последние пятнадцать минут здесь постоянно звучат выстрелы, кто-то бегает, песок сыпется с перекрытий, наверху Дум Дум выносит людей уже почти голыми руками — кончились патроны. У самого Джеймса есть еще штуки три, не считая запасных.
    Он быстро поднимается с пола, перехватывает автомат удобнее и проверяет углы: никого. Только Пегги на стуле, привязанная по всем правилам привязывания украденных леди к дрянным стульям — вся в синяках. Дум Дум заранее предупредил его, что Пегги может быть не в состоянии перемещаться, поэтому им стоило бы взять с собой аптечку и придумать, как вытаскивать ее отсюда, если она окажется без сознания. Но Пегги определенно в сознании. Джеймс улыбается ей во все тридцать два, тыльной стороной ладони стирая кровь со скулы.
     — Соскучилась? — перекинув автомат за спину, Джеймс вытаскивает нож и быстро перерезает узлы на руках Пегги, после чего отдает клинок ей, а сам вновь берется за автомат: — Где твои кавалеры?
    Если их нет здесь, значит, они куда-то вышли. Но куда? И почему не захватили Пегги с собой? Он оглядывается по сторонам, с каждой секундой чувствуя, как нарастает тревога. Что-то здесь не так. В коридоре по пути сюда было слишком мало людей. Нет, они отлично сражались! Но их было всего двое. А Дум Дум там наверху один против еще троих. Всего они положили уже человек десять. Мало. Мало-мало-мало. Подозрительно. Джеймс хмурится и не сводит дула винтовки с дверного проема, дожидаясь, пока Пегги освободится от своих пут.
     — Идти можешь? До аптечки с обезболивающим придется прогуляться, справишься?
    Джеймс обещал Стиву, что вытащит его красотку из неприятностей, какими бы страшными они ни были, и он планирует сдержать обещание. Сейчас Пегги мало похожа на ту мадам, что пришла на танцы в красном платье, так что ему пришлось приложить массу усилий воли, чтобы взять себя в руки и перестать пялиться. Чего греха таить: за последние несколько месяцев он даже перестал обращаться к ней «мэм» — разве что в шутку, и его даже почти перестало есть неприятное чувство того, что для всех красоток мира теперь в первых рядах Стив, а он — где-то там. В конце концов, это не так уж и важно, когда колесишь по Европе и убиваешь всяких подонков, так?
    Только вот куда делись из этой комнаты те, для которых он берег патроны?

[AVA]https://s2.postimg.org/8l6e4fz61/jamesbarnes.jpg[/AVA]

+1

6

Пегги жмурится, отворачиваясь, когда в помещение влетает незнакомец и падает на спину, расстреливая находящихся в коридоре, и только секундой спустя — за мгновение до того, как он оборачивается, изучив все углы, узнает в нем Баки Барнса, лучшего дружбана Стива.
Какое счастье, мелькает в ее мыслях, что за мной пришли. И какое счастье — вдвойне — что это не Стив.
— Места себе не находила, все локти изгрызла от скуки, — Пеги усмехается разбитыми губами, вскидывая голову. — Двое вышли туда, — она кивает в сторону коридора, из которого явились спасители, — минут пять назад. Обычные наемники. Еще двое туда, — освобожденной рукой указывает на люк в полу, встряхивает кистью. Запястья ноют, но это ерунда — перебьется. — Один из них американец, говорит чисто. Второй — явно местный, черт его разберет с этим акцентом. Вооружены.
Говоря все это, расправляется с веревками на ногах, сжимая зубы от мерзкой боли — руки, спина, ребра, живот, — а первый шаг дается с невозможным трудом. Второй — тоже. А дальше — легче, и даже ноги не подгибаются.
Когда она наклоняется, чтобы стащить с трупа, лежащего в дверях, автомат, мир немного кренится набок, но временно. Пегги опирается о косяк, переводит дыхание и выпрямляется — уже с трофеем в руках. Облизывает пересохшие губы, закидывает ремень и мрачно, немного даже предвкушающе смотрит на Баки.
— Аптечка подождет. Я этим ублюдкам задолжала пару ласковых.

+1

7

    Сказать по чести, даже несмотря на все месяцы, проведенные с Пегги Картер бок о бок, Джеймс не ждет от нее чего-то большего, чем от обычной женщины. Нет, он понимает, что никаких писков-визгов она издавать не будет даже под прицелом — это же суровая англичанка Пегги. Но и такой прыти не ожидает. Если бы Джеймс не был настолько сосредоточен на дверном проеме, он бы наверняка выдал весь спектр удивления, на какой только способно человеческое лицо.
    Он невольно дергается в ее сторону, чтобы помочь, поддержать, но уже спустя мгновение понимает: Пегги вполне справится сама. Поэтому Джеймсу не остается ничего, кроме как дать автомату повиснуть на ремне и присесть у неприметного люка. С одной стороны, им определенно нужно отправиться следом за этими ублюдками и перестрелять всех к чертовой матери. Предварительно выяснив, что это вообще было, какие у них связи с ГИДРОЙ, стоит ли Стиву и остальным беспокоиться. С другой стороны — Джеймс поднимает взгляд на Пегги, уже вооруженную автоматом одного из своих похитителей.
    Выглядит Пегги неважно, да и чувствует себя наверняка не то чтобы шикарно.
     — Нет, — решительно говорит он. В голове всплывает светлый лик взволнованного Стива, и Джеймс хмурит брови. — Сражаться в таком состоянии тебе явно не стоит. Стив зачитает мне все свои нотации по порядку, если узнает, что я дал тебе автомат и потащил отстреливать похитителей, — он красноречиво кивает на всю Пегги целиком. — Поэтому ты пойдешь наверх, к Дум Думу, вместе доберетесь до мотоциклов, там есть аптечка. А я пойду и закончу начатое. Заодно узнаю у твоего американского кавалера, кто его научил таким манерам.
    Джеймс понимает, что безвозвратно теряет сейчас драгоценное время, но моральные принципы для него важнее, чем догнать и подстрелить придурков, покусившихся на светлую любовь Капитана Америки, по совместительству единственную женщину в отряде чрезвычайно опасных коммандос. Это у кого-то там явно с головой не все в порядке, если он думал, что этот план удастся, и за Пегги не придут.

[AVA]https://s2.postimg.org/8l6e4fz61/jamesbarnes.jpg[/AVA]

Отредактировано James Barnes (2017-09-10 01:42:10)

0

8

Пегги хочет поспорить с Джеймсом - потому что сейчас она больше всего хочет собственноручно вышибить мозги этим двум ублюдкам, которые: довели ее до такого состояния; наверняка заставили Стива и всех остальных хотя бы немного поволноваться; так безбожно коверкают прекрасный язык; и ещё много пунктов.
Но она умеет в нужный момент обратиться к здравому смыслу, поэтому только кивает, удобнее перехватывает автомат и морщит нос.
- Удачи, Баки, - встряхнув волосами (движение отзывается резкой болью и на мгновение исказившейся перед глазами картинкой), агент Картер делает несколько шагов в сторону двери и, оглянувшись на Баки, покидает помещение.
Сейчас бы она хотела просто убежать отсюда, так, чтоб раз - и она уже не здесь, - но это не позволяет сделать ни ее физическое состояние, ни все тот же здравый смысл. Черт знает, сколько ещё здесь людей, как они вооружены и какие приказы отданы им насчёт Пегги.
Поэтому она идёт вдоль стены, держась в тени, и время от времени останавливается, чтобы перевести дух.
Хорошо, что она не пошла с Джеймсом - только бы мешала.
Дум-Дума найти несложно - просто надо идти туда, откуда слышится грохот перестрелки и автоматных очередей. Вряд ли, конечно, у него при себе есть аптечка, но это дело десятое.
Когда из-за угла появляется солдат, Пегги рефлекторно вскидывает автомат; очередь прошивает воздух, но отдача оказывается слишком сильной для неё сейчас, и на пол валится не одно тело, а два.
Пегги, правда, удаётся подняться.
- Чтоб вас в аду черти драли, - бормочет она, хватаясь за стену, и шумно выдыхает. Осторожно обходит тело, скривившись, поправляет сбившиеся и спутавшиеся волосы.
Остаётся надеяться, что у Баки там все хорошо.

+1

9

    Пегги не сопротивляется, наоборот, желает удачи и отбывает к Дум-Думу так неожиданно легко, что мысленно приготовившийся отбивать ее аргументы Джеймс даже немного теряется в первое мгновение. Потом коротко кивает. Когда Пегги скрывается из комнаты, он еще какое-то время стоит, размышляя, можно ли просто последовать за ней и на этом закончить их миссию, а затем со вздохом опускается рядом с люком и открывает его.
    Спустившись в ход, Джеймс перехватывает автомат, обновляет магазин, чтобы было, чем стрелять по ублюдкам, и трусцой пускается в единственном направлении — вперед. Он бежит, кажется, целую вечность в этой полутьме, от одной редкой лампочки к другой, каждый раз вскидывая автомат перед собой, едва заслышав подозрительный шорох. Большинство из них оказывалось или крысами, или невесть откуда взявшимся ветром. Свист ветра означает только одно: этот ход заканчивается где-то на поверхности и заканчивается скоро.
    Уходит еще минут двадцать, прежде чем Джеймс добирается до прямоугольника света впереди. Он видит две фигуры: одна чуть повыше, вторая чуть пониже. Резко остановившись, Джеймс вскидывает винтовку и прицеливается. Права на ошибку у него нет: промахнется — и точно получит пулю в ответ. Скрыться ему от ответного обстрела некуда. К счастью, на меткость он никогда не жаловался. Выстрел прошивает того, что пониже, прямо между лопаток. Незнакомец спотыкается на бегу, падает, нелепо взмахивая руками, прямо лицом в белый снег.
    Джеймс прижимается к стене, туда, где темно. Мимо пролетает несколько пуль, чиркают по стенам, рикошетят куда-то вглубь, в темноту черного хода. Когда все стихает, Джеймс кидается бежать — второго незнакомца уже не видно. Мимолетно приседает у первого, проверяет пульс — все в порядке. Тогда он выбегает наружу, на снег, к площадке, где заготовлено два мотоцикла. Одного уже нет. Черт! Уехал! Успел!
    Выстрел чиркает по его плечу.
    — Сукин сын!
    Джеймс падает навзничь, в снег, чтобы укрыться. И неожиданно, лежа в снегу на спине, глядя на кроны голых февральских деревьев, узнает местность. Где-то здесь, совсем недалеко, они бросили свои мотоциклы. Значит, американец — а Джеймс уверен, что в живых остался он — будет уходить по той же дороге, по которой сюда приехали они с Дум-Думом.
    Когда звук мотора отдаляется достаточно, чтобы Джеймсу больше не приходилось опасаться выстрелов, он поднимается на ноги и кидается ко второму мотоциклу. У него нет ни времени, ни возможности связаться с Дум-Думом, поэтому он просто надеется, что тот увидит беглеца и сможет пуститься в погоню. Пегги придется подождать с аптечкой.
[AVA]https://s2.postimg.org/8l6e4fz61/jamesbarnes.jpg[/AVA]

Отредактировано James Barnes (2017-09-10 01:56:57)

+1

10

Коридоры базы завалены трупами, и хорошо, что стоит зима, а не жаркое лето - мысль о том, как все это могло бы гнить и какие ароматы бы источало, заставляет Пегги ненадолго остановиться, переводят дух и пережидая, пока уляжется тошнота. Это даже не воображение - это воспоминания; девушки не должны шляться среди трупов летним знойным днём, но Пегги не девушка, Пегги -агент, и где она только не шлялась.
Остаётся надеяться, что у Дум-Дума ещё остались патроны (впрочем, вокруг так много вооруженных трупов, что проблемой это станет едва ли), потому что им предстоит ещё отсюда выбраться.
Сначала - добраться до Дум-Дума, а потом они вместе найдут Баки.
Зубы, стиснутые, скрипят, когда Пегги с определенным трудом принимается за очередную лестницу - чертовы ублюдки, нашли же себе местечко, - но с каждым шагом и с каждой ступенью становится легче. С каждым шагом Пегги все отчетливее слышит громоподобный и крайне злой голос Дум-Дума, выбивающего дурь (и не только дурь) из какого-то несчастного, но жалости Маргарет Картер совсем не испытывает.
Ужасно болит все тело - и кто бы ее пожалел, в самом деле.
Впрочем, в качестве жалости и сочувствия сойдёт ванна с горячей водой, косметичка и возможность хотя бы пару часов чувствовать себя красивой женщиной, а не... не.
Не этим вот.
Пегги с тихим стоном вваливается в комнату, взимается в косяк двери, когда Дум-Дум вскидывает на неё прицел автомата, и радуется, что-то не решил начать с метания ножей.
Облегченно улыбается, когда друг отводит оружие в сторону и в несколько широких шагов преодолевает расстояние между ними.
- Пегги, - в его голосе слышится то же облегчение, которое испытывает она сама, когда он крепко сжимает ее плечи и присвистывает. - У тебя что-то... с лицом.
Пегги хрипло смеётся, опираясь о его плечо, и бросает взгляд в сторону полумёртвого тела.
- Баки пошёл за этими ублюдками. Если ты закончил, - она морщится, - мне нужна аптечка.
В результате Дум-Дум взваливает Пегги на плечо (так будет гораздо быстрее), и она искренне надеется, что ему не придётся сбрасывать ее на землю.
В общем-то и не приходится.

Либо они перебили всех, кроме тех сбежавших ублюдков (и очень хочется верить, что Бак уже с ними разобрался и сейчас скалится, сидя на одном из мотоциклов), либо они просто решают не высовываться, но путь вниз проходит безболезненно и беспрепятственно.
Только вот Джеймса Баки Барнса они на месте не обнаруживают, как и мотоцикла. Значит - аптечка откладывается.
Пегги натягивает снятую с одного из трупов тёплую куртку (ее находится непонятно где, а на улице зима), крепко обхватывает Дум-Дума за пояс и на пробу резко поворачивается, отпустив. Нормально. Держится. В крайнем случае - сможет хотя бы разок подбить идиота, который решится их преследовать. Если такой найдётся.
Метель подутихла, видимость приличная, а следы колёс ещё видны.
О том, чтобы остаться дожидаться Баки здесь, не может быть и речи.
Если они вернуться вдвоём - при любом раскладе, - их не простит ни Стив, ни они сами себя.
По крайней мере, Пегги.
Она очень скверно умеет жертвовать близкими ей людьми во имя общего блага.
Так сложилось, что Стив сотоварищи относятся именно к ним.

Снег бьет в лицо - на такой скорости лёгкий снегопад превращается практически в Адово месиво, и Пегги чувствует, как замерзает нос, поэтому утыкается лицом в спину Дугана. Так немного теплее.
Вскоре следы становятся отчетливее и свежее, а ещё спустя несколько минут Дум-Дум тормозит, сбавляя ход.
Впереди виднеются фигуры людей - и для всех будет лучше, если их не заметят.

+1

11

    Плечо мерзко кровоточит — пуля царапнула, не прошила насквозь, ничего важного вроде не задела, но не мешало бы перевязать. У Джеймса нет на это времени: он мчит вперед, прямо по сугробам, четко следуя за американцем, как привязанный. Тот успел оторваться, но не слишком сильно — маячит впереди назойливой темной точкой, и Джеймс жмет на газ, надеясь догнать. Ему достаточно будет приблизиться хотя бы на расстояние, с которого можно стрелять. Удобнее было бы из пистолета, конечно. Из автомата одной рукой так точно не выстрелишь.
    Но ему не привыкать.
    Джеймс отпускает одну руку от руля — вторую не рискует, на неровном снегу без рук сложнее, чем на грунтовке — и хватает автомат, пару мгновений целится, дожимая газ до предела, и стреляет косой очередью поперек заднего колеса. Американец впереди начинает вилять, очевидно, думая, что ему целятся в спину и будут стрелять еще. Джеймс не планирует стрелять еще: колесо с громким звуком спускается, и американец стремительно теряет в скорости пока, наконец, не падает в сугроб. Бросив мотоцикл, он поднимается на ноги и целится для ответного выстрела.
    Джеймс резко виляет вбок, меж деревьев, скрывается за ветвями ели. Выстрелы чиркают по стволам и прекращаются. Американец не дурак, патроны не тратит — выжидает. Джеймс глушит мотоцикл, чтобы не выдавать себя тарахтением мотора, и пытается понять, как лучше всего действовать дальше. Можно, конечно, и просто по ногам ему рубануть. Но есть риск повредить артерию — и тогда никакого допроса уже не будет. Или будет, но очень короткий и, скорее всего, безрезультатный.
    Аккуратно поставив мотоцикл на подножку, Джеймс наконец обращает внимание на рану. У него нет с собой аптечки, перевязать тоже нечем особо. Так что придется так. Рана жжется и ноет, но это ничего страшного, после лагеря Гидры ему вообще все кажется простыми царапинами. Перехватив автомат, он затаивается за елью и прислушивается. Ни скрипа, ни единого звука, тишина такая, как будто оглох.
    Пуля прилетает неожиданно: прорывается сквозь ветки ели, разнося их в щепы, и уходит куда-то дальше, в лес, чудом разминувшись со спиной Джеймса. Он резко выступает из-за дерева и дает очередь по снегу перед американцем — тот, явно не ожидавший, что промахнется, от неожиданности падает. Джеймс бросает автомат болтаться на ремне и кидается к нему. Завязывается безмолвная драка в снегу: только и слышно, что звук ударов, тяжелое дыхание да периодический вопль, придающий сил бьющему. Весь мир сужается только до них двоих, все происходящее вокруг отфильтровывается, как лишнее, и кровь стучит в ушах.
    Американец оказывается на удивление хорош в ближнем бою. Крепко сбитый, жилистый, он дважды бьет Джеймсу по челюсти, тот отвечает ударом по ребрам. Они катаются в снегу, то Джеймс обрушивается на незнакомца сверху, всеми силами пытаясь заставить его потерять сознание или угомониться, то незнакомец бьет и душит его. Дикий звериный инстинкт к выживанию рвется из глотки Джеймса животным рычанием и криком, когда он ударяет автоматом по боку американца, заставляя того скатиться с себя хотя бы на мгновение, выпустить шею — хотя бы на мгновение, чтобы сделать хотя бы один вздох. Одного будет достаточно.
[AVA]https://s2.postimg.org/8l6e4fz61/jamesbarnes.jpg[/AVA]

0


Вы здесь » FLAME » Внутрифандомные эпизоды » Забыла. Мы чего уединились?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC