Джеймс за волосы развернул Брюса к себе и снова толкнул его вперед, заставляя того упасть лицом к то самое кресло, на котором Уэйн нашёл нижнее белье проститутки.
Сам же Гордон буквально впечатал собой парня в несчастный предмет интерьера.
Было мягко и горячо.

TONYSTEVEN

Брюс, казалось, протрезвел в ту же секунду, как ощутил себя вдавленным телом Джима в кресло. В какой-то книге из родительской библиотеки Уэйн прочел, что лучшее средство угомонить заигравшегося щенка — это прижать его за шкирку к полу. Похоже, именно этот прием Гордон и решил применить к Брюсу. Что ж, подействовало.

гостеваянужные персонажисписок ролей и фандомовправилашаблон анкетыхочу к вам

FLAME

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FLAME » Архив игры » am i wrong?


am i wrong?

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

AM I WRONG?
http://images6.fanpop.com/image/photos/39800000/Malec-gifs-alec-and-magnus-39858874-268-150.gif http://images6.fanpop.com/image/photos/39800000/Malec-gifs-alec-and-magnus-39858881-268-150.gif

AU после первого сезона, где Алек женат, Джейс в плену у Валентина, а Магнус единственный, кто может помочь охотникам.

+1

2

Алек не успел понять, что произошло: он ощутил резкий и очень болезненный удар ножом в спину и тут же был повален на пол. Лидия вскрикнула, но не растерялась и бросилась навстречу обидчику. Завязалась драка, но Алек уже с трудом мог осознавать все происходившее в комнате. Еще секунда - и Лидия упала рядом с ним: глазами, полными ужаса, она смотрела на Лайтвуда, ее лицо было почти таким же бледным, как и подвенечное платье, в которое она была до сих пор одета. Она пыталась что-то сказать Алеку, но он не мог расслышать ее слова, он просто смотрел на то, как бурое пятно крови расползается по расшитому камнями корсету. В глазах стремительно темнело, и последней мыслью Лайтвуда была лишь горькая насмешка надо всей этой ситуацией: он, конечно, не надеялся, что они с Лидией будут жить долго и счастливо, но кто же знал, что умрут они все-таки в один день? А ведь Алек мечтал о совсем другой жизни и - чего уж там! - с совершенно другим человеком. Лидия тем временем из последних сил потянулась к Лайтвуду и коснулась своим стило его руны излечения. Он закрыл глаза и отключился.

Когда Алек пришел в себя в больничном крыле, рядом уже была Иззи, которая поспешила рассказать, что же произошло в Институте. Ходж напал на молодоженов сразу же после их свадьбы, украл Чашу и скрылся. Джейс и Люк бросились на поиски Ходжа, но нашли не только его, но и Валентина - того самого, чьи именем пугали малолетних детей сумеречных охотников. Тут Изабель резко замолкла. Алек взволнованно посмотрел на нее, и не требовалось слов, чтобы понять, что его беспокоило.
- Джейс ушел с Валентином, Люк видел это собственными глазами.
Лайтвуд поверить не мог в то, что рассказала сестра. Джейс - и предатель? Да не могло такого быть! Алек попытался было подняться, но Иззи тут же его остановила: Лидия не дала ему погибнуть, но он все равно потерял много крови, прежде чем их обнаружили и принесли в больничное крыло.
- Лидия, - сипло произнес Лайтвуд и окинул взглядом палату: Лидии здесь не было. - Пожалуйста, скажи, что она в порядке.
Алек, конечно, не испытывал к Лидии никаких глубоких чувств, кроме, разве что, признательности. Но теперь этой самой признательности стало еще больше: Лидия не только помогла избавить Изабель от судебных разбирательств, но еще и спасла жизнь Алеку. Лайтвуд не мог ее любить, но это вовсе не означало, что он не мог быть ей благодарен.
- Жить будет, но ей досталось больше твоего. Джейс чуть с ума не сошел, когда увидел вас обоих на полу в крови, - Иззи прикусила губу: сейчас было не лучшее время для разговоров о произошедшем. - И я собираюсь попросить Магнуса помочь нам...
- Нет, Из, не надо, - жалобно простонал Алек, поднимаясь на подушке. - Мы найдем другой способ.
- У нас мало времени, - Изабель нахмурилась и серьезно посмотрела на брата. - Мне нужен здоровый брат, а моему брату нужен его парабатай. И то, и другое может дать лишь один человек.
Эта безвыходная ситуация просто убивала. Ну почему, почему все дороги вели к Магнусу? И если совсем недавно Алек мог посмотреть ему в глаза и безо всяких сомнений заявить о своем выборе, то теперь он не знал, где взять столько же уверенности в своей правоте. Магнус убеждал Лайтвуда прислушаться к сердцу, но тот поступил с точностью до наоборот, и вот теперь он пожинал последствия своего выбора.
Изабель поднялась с постели Алека и набрала номер мага.
- Магнус, нам нужна помощь. Валентин вернулся и забрал с собой Джейса. Нам нужна твоя помощь, - Изабель сделала короткую паузу и добавила: - Алек серьезно ранен.
- И-и-из! - Лайтвуд протянул имя сестры и вытянул руку в ее сторону: эх, было бы у него достаточно сил, чтобы просто отобрать у нее телефон и выбросить его к чертям!
Сестра сказала, что перезвонит, повесила трубку и, изогнув бровь, посмотрела на брата.
- Я так и думала, что у вас с Магнусом теперь проблемы из-за этой... - она развела руками, но, не найдя более приличного слова, добавила: - свадьбы. Как ни крути, Магнус нам нужен, и, Алек, только с его помощью мы сможем найти Джейса. Подумай хорошенько, прежде чем отказываться от его помощи.
Изабель положила телефон на постель рядом с рукой брата и вышла. Она знала, что лучший способ повлиять на брата - это оставить его наедине с самим собой и собственными мыслями. Он ощущал особую ответственность за всех близких - в том числе и за Джейса, и если для его спасения требовалось наступить на горло собственной гордости, он был готов на это пойти.

Не прошло и двух минут, как Алек взял телефон в руку и набрал номер Магнуса.
- Магнус, - выдохнул он в трубку. - Нам нужна твоя помощь, - не мог же он сказать "мне нужна твоя помощь": это было бы совсем неправильно после того разговора, когда он объявил Бейну о своей женитьбе. - И я готов заплатить любую цену.
У каждой услуги мага была своя цена, но они предпочитали называть ее уже после оказания услуги. Магнус, помнится, сразу потребовал у Алека его лук, но в итоге вернул его - якобы на передержку. Даже сам Алек не знал таких слов, которыми можно было описать то, что он испытал, когда Магнус вручил ему лук. Куда приятнее получить назад то, чем обладал и что любил, чем обзавестись чем-то новым. Лайтвуд понимал, что маг таким образом с ним заигрывал, но он надеялся, что и теперь, после всего произошедшего, Магнус возьмет с него ту плату, на которую он будет готов пойти.

+1

3

Александр выбрал достаточно эфемерные понятия о долге, чести и достоинстве собственной семьи, вместо Магнуса. Не то положение, когда можно выбрать оба варианта, совместить их и прийти к компромиссу - либо первое, либо второе; либо привычная жизнь, продиктованная необходимостью, либо что-то новое и до сих пор непонятное, ведь никто не возьмётся утверждать, к чему это всё могло привести мага и охотника. Конклав не одобряет отношения с нежитью. Конклав презирает нежить. Скопище старых маразматиков, что трясутся за чистоту собственной расы, уверены, что они лучше, просто потому что по их жилам течет ангельская кровь. Они придумали талмуды сводов и правил, чтобы защитить свои соображения по поводу, что такое хорошо и что такое плохо - ни один из законов нельзя трактовать двояко, но в то же время они мало что объясняют.

Магнус злится. Магнус просто охренительно зол на весь белый свет, на Лайтвуда, на себя самого - пока еще не определился, кому в этом тонком, практически деликатном, деле стоит отдать пальму первенства. Мир, в котором они живут, работает именно так, поэтому глупо было ожидать, что в мальчишке проснётся бунтарский дух, что заставит его перечить старшим. Александр, выросший в Институте, отдавший ему всю свою жизнь и готовый пожертвовать ею же ради блага других, себе подобных, не мог поступить иначе. Ему не хватило бы силы воли или любых других сил, чтобы пойти на такое без поддержки друзей. Что, кстати, нашептывали ему всё это время последние? Были ли они на стороне Магнуса или уверенным толчками направляли именно к Лидии? Кто-то из них должен был поступить подобным образом, чтобы доказать свою верность и надежность, зрелость, в конце концов. Зачем подставлять себя, когда есть тот, кто уже на полпути к тому, чтобы закрыть эту проблему, выгородить остальных своей спиной? После свадьбы можно спрятаться за Алеком и бравировать тем, что один из них является мужем кому доверяют настолько, что доверили управление Институтом в кризисный период времени.
Это удобно.
Это рационально.
Бейн и сам бы не стал отговаривать Александа от свадьбы, если бы это означало относительную свободу для всех его последующих поступков. Наличие такого союзника, связанного по рукам и ногам, как Лидия, да еще и окольцованного, открывает прекрасные перспективы - можно творить всё, что вздумается, лезть, куда хочется, и продолжать вести свои детские игры с Валентином, воображая себя защитником сумеречного мира. Последний форпост, который армии новой нежити не преодолеть.
Смешно и неудобно.

Александр сделал свой выбор, тем самым ясно дав понять о своих приоритетах и указав Магнусу, где именно его место. Можно быть хоть трижды Верховным Магом Бруклина. Можно быть хоть сыном самого Дьявола. Можно разбиться в пух и прах, вытаскивая их задницы из очередной передряги. Это всё ничего не значит, пока ты не один из них: нежить - а Бейн является именно нежитью - значит, ты ниже рангом, сословием, социальным статусом и прочими ярлыками, что так весело и задорно развешивает Ковен. Хорошо, что не клеймит, кстати.
Звонок Иззи застаёт врасплох. Маг вздрагивает, когда телефон начинает вибрировать в кармане, и второй раз, когда видит имя, которым подписан входящий вызов. Он тяжело вздыхает, закатывает глаза, но отвечает - все-таки Из была единственной, кто хотя бы делала вид, что пытается решить возникшие проблемы сама, а не сломя голову несется к Магнусу, как только дело еще только начинает пахнуть керосином. Внимательно выслушивает девушку, но ничем не может порадовать ее в ответ - его единственный стимул лезть во всё это отпал, когда Лайтвуд решился на свадьбу и не изменил своё мнение потом. Сомнительных приключений, кстати, магу прилетело за последнее время столько, что хватит на ближайшие несколько лет - новых переживаний достаточно, чтобы теперь требовался отдых где-нибудь на Сейшелах или хотя бы несколько недель спокойствия в собственном лофте. И под спокойствием маг понимает отсутствие незваных гостей, приятную музыку и неизменный мартини в руке.
- Нет, спасибо, Из. Мне лестно твоё приглашение, но обратитесь за помощь к вашему новому союзнику, - маг даже не пытается скрыть обиду в голосе. Более того, он произносит так, чтобы она сквозила в каждом слове - возможно, хоть так юные охотники поймут, что их отношения с магом исчерпали себя, что нельзя постоянно брать и не давать ничего взамен.
Девушка кладет трубку, а Магнус не успевает опустить руку с телефоном, как он звонит второй раз - тот же номер, то же имя, вот только голос уже абсолютно другой, тот, который заставляет подорваться с дивана и вскочить на ноги. Александр гораздо менее красноречив, нежели Иззи, - видимо, считает, что его сестра сказала достаточно и добавить ему нечего.
Бейн мог бы накидать с десяток шаблонов того, как юноше стоило начать разговор. Можно было попробовать со слов извинений, сожалений и прочих, что заставят мага войти в положение и поверить в сказанное. Как минимум, стоило попробовать хотя бы изобразить, что Лайтвуд что-то чувствует по поводу содеянного. Вместо этого - сухой текст, лишённый любой эмоциональной окраски. Только условия и осознание, что теперь ему придется играть по правилам, которым подчиняются все - никаких скидок на дружбу, симпатию и прочие близкие связи.

Портал Магнуса открывается рядом с Институтом, ведь там все еще действует защита, которую ставил сам же Верховный Маг. Остальной путь он преодолевает не самым приятным способом - на своих двоих - встречая практически толпы охранников и патрулей. Даже не изображает удивление - эта фантастическая четверка, когда собираются все вместе, как будто образуют невидимое поле, что отворачивает от себя Фортуну. Она буквально плюёт на них. Она поворачивается к ним спиной и немного наклоняется, демонстрируя исключительно свою филейную часть - никакого расположения с ее стороны. Все равно что нажраться четырехлистного клевера и развернуть весь эффект абсолютно не во благо.
- Здравствуй, - максимально вежливо и нейтрально здоровается с лежащим Алеком, когда заходит в комнату, - Я, так понимаю, всё не слишком хорошо? - в несколько шагов маг оказывается у постели. Проводит над телом парня пальцами, вокруг которых моментально появляется синяя дымка и тут же исчезает, - М-да, - ему не удается скрыть удивление и обеспокоенность состоянием юноши. Рана глубока, а местные лекари, видимо, все вместе дружно ушли на обед на неопределенное время. То есть Иззи было проще дернуть Магнуса, находящегося на другом коне города, чем побегать по Институту в поисках тех, у кого точно есть лекарство для такой проблемы.
Или они думают, что Магнус полетит наперегонки с ветром искать Джейса?
- Хорошо, я помогу. Взамен я хочу, чтобы вы меня больше ни о чем не просили, чтобы ты меня больше ни о чем не просил, - последнее произносит вкрадчивым голосом, смотря парню в глаза. Ему кажется, что он достаточно толсто намекает о своих намерениях - Александу пора вырасти и если он считает, что прекрасно справится в своей личной жизни без Магнуса, с остальными своими неурядицами он тоже вполне в состоянии справиться. Маг разворачивается на каблуках и отходит в сторону, где садится на диван.
- Впрочем, - кладет ногу косточкой в голеностопе на колено второй и запрокидывает голову, - Если у тебя есть другие варианты, я могу попробовать их выслушать, - задумчиво добавляет.

+1

4

К счастью для Алека Магнус не стал выяснять отношения по телефону, но, с другой стороны, до конца не было понятно, придет ли он, чтобы помочь охотникам - в очередной, уже и не сосчитать который по счету, раз. Алек попытался подняться, едва увидел Магнуса в дверях, но Иззи одним только взглядом пригвоздила его к постели. Ладно-ладно, я лежу, - мысленно ответил ей Алек и, обреченно покачав головой, опустился обратно на подушку.

Нет, не так он должен был встретиться с Магнусом. По крайней мере, он совсем не так представлял себе их встречу. Он должен был предстать перед Магнусом мужчиной, который предпочел долг... а, собственно, чему он его предпочел? Магнус был прав, между ним и Алеком и правда что-то было, вот только что с этим делать, Лайтвуд не имел ни малейшего понятия. Он был правильным мальчиком, выросшим с осознанием того, что однажды на его плечи ляжет наследие семьи, и готовым к той ответственности, что была ему уготована, но он ни черта не смыслил в отношениях. Он мог сколько угодно вздыхать по Джейсу, но опыта ему это не прибавляло.

Алек даже не мог сказать, действительно ли ему нравились мужчины или же он просто принимал влюбленность в Джейса - к слову, чистую, как слеза младенца, и категорически платоническую - за нетрадиционную ориентацию. "Я гей" - это не тот вывод, который можно сделать о себе, просто посмотрев в зеркало. Для таких выводов нужен опыт, а его-то у Лайтвуда и не было.

Это даже забавно. Алек был сумеречным охотником, - считай, солдатом на бесконечной войне с демонами, - но если не брать в расчет схватки с противниками, Лайтвуд рос в настоящих тепличных условиях: сначала его ото всех тревог ограждала мать, а потом он от них благополучно оградился сам. Да и от возможных отношений он всегда убегал, уверяя себя, что для личного счастья ему нужны только сестра и парабатай рядом. Ну и ничего удивительного, что в итоге он оказался в таком печальном положении, когда приходилось смотреть снизу вверх и просить о помощи. От некоторых отношений так просто не сбежишь.

Когда Магнус занес над Алеком руку, тот виновато опустил взгляд. Может быть, он все-таки совершил ошибку? Верховный маг Бруклина появился на пороге Института, стоило Алеку об этом попросить. Это ведь дорогого стоит - вот только Алек по достоинству этого не оценил, хотя, в общем-то, должен был. Огромной ошибкой было принимать помощь Магнуса как данность, но, увы, понимание этого пришло очень поздно.

Магнус не заставил Алека умолять или даже просто просить дважды. Он пришел, когда был нужен - так бывало и прежде, только эта его услуга могла стать последней, на которую могли рассчитывать сумеречные охотники, - по крайней мере, речь шла об Алеке и его друзьях.

- Из, оставь нас.
Он проводил сестру взглядом и, дождавшись, когда она закроет дверь, пристально посмотрел на Магнуса.
- Я могу дать слово, что это будет последняя просьба, но нарушу его сразу, как только случится что-нибудь еще, - Алек приподнялся на локте, чтобы лучше видеть Магнуса. - Пока Валентин на свободе, в опасности будут все. И ты тоже. Ты нужен сумеречным охотникам, а они нужны тебе.
Лайтвуд словил себя на мысли, что как-то незаметно для самого себя перестал говорить о себе и теперь говорил о некой обезличенной категории сумеречных охотников. Ловко, но вряд ли эта подмена останется незамеченной Магнусом.
- Ты не можешь просто взять все и бросить. Не сейчас, Магнус.
А вот и нет! Он вполне мог так поступить. Он ведь не Алек, который всегда действовал с оглядкой на мнение родителей, друзей и других сумеречных охотников. Магнус мог позволить себе делать все, что ему заблагорассудится. Ну что ж, если бы Алек прожил столько же, сколько и Магнус, то он, наверное, тоже не беспокоился бы о том, кто и что мог о нем сказать или подумать. Если Магнус действительно был в обиде на Лайтвуда за то, что тот не поступил опрометчиво и не сделал вместе с ним прыжок в неизвестность, то Алек не преминул бы напомнить, что они находились в очень разных условиях. Руки Лайтвуда были связаны, а для того, чтобы пойти против привычных устоев, у него, видимо, не хватало мотивации. Или злости.
- Это только моя просьба, и только мне платить за твою услугу. Если ты больше не хочешь иметь со мной никаких дел, - я приму это. Если ты больше не хочешь меня видеть, - я смирюсь. Но, Магнус, я потерял свободу и даже надежду на нее. Я не могу потерять еще и друга. Помоги мне найти Джейса и вернуть его домой - и я отдам тебе все, что у меня есть.

Если бы Алек сделал выбор в пользу Магнуса, то этого разговора бы просто не было. Может, и Лидия не пострадала бы от нападения Ходжа, а просто уехала в Идрис, как и собиралась. Если бы Алек выбрал Магнуса, то им не пришлось бы торговаться о цене за спасение Джейса. Если бы он выбрал Магнуса, а не сомнительные представления о долге перед семьей, то понял бы самого себя хотя бы немного лучше. Разве не это предлагал ему Магнус - возможность разобраться в себе? Разве не именно этого Алек и испугался, а потом сбежал к привычным устоям и статусу обычного, к тому же женатого, мужчины?

+1

5

- Александр Лайтвуд, - Магнус проводит перед собой рукой, рисуя в воздухе волну. При этом за кончиками его пальцев следует неяркий огонек, оставляющий после себя золотистый шлейф, - Во всем его великолепии, - щелчок пальцами - иллюзия рассыпается в воздухе подобно маленькому фейерверку; разделяется на десятки мелких светлячков, которые оседают на маге, на полу, на диване, привнося в помещение толику праздника. Не самая лучшая и не самая уместная декорация на данный момент - это понятно даже такому, как Магнус, - Рыцарь верхом на конец в сияющих доспехах, - продолжает мужчина, откинувшись на спинку и запрокинув голову назад, - Гарцующий по бескрайним просторам нашего мира; готовых спасти всех и каждого. Бесстрашный. Мужественный. Бескорыстный. Защитник всех сирых и убогих, - его голос звучит торжественно, будто представляет какую-то высокопоставленную особу; как если бы Магнус представлял самого себя.
Он замолкает, вздыхает. Происходящее все больше и больше напоминает откровенный фарс: ребятки решили поиграть во взрослые игры, а взрослые это позволили - отмахнулись, мол "чем бы дитё не тешилось, абы не плакало" - и как-то совершенно забыли, что конкретно за этими детишками глаз да глаз нужен. И детишки заигрались: возомнили себя героями, спасителями миров и всего живого в этой Вселенной, вошли во вкус и уже не хотят останавливаться. Проблема в том, что Магнусу играть в это стало абсолютно неинтересно, когда возможный выигрыш ускользнул. К тому же, Валентин не одинок и не уникален в своем желании пошатнуть вселенское равновесие: маг может с легкостью вспомнить с десяток психопатов прошлого, которых он, кстати, успешно пережил, а еще маг не возьмется предполагать, сколько их появится в будущем. Всё циклично, всё повторяется - Уроборос продолжает есть свой хвост и пока не родилось того, кто способен разорвать это кольцо: самопровозглашенные завоеватели продолжают кричать о своём параноидальном желании завоёвывать, а самопровозглашенные герои продолжают биться лбом о стекло, пытаясь геройствовать.
Верховный маг переводит скучающий взгляд на Александра.
- Это вроде как радует милых девочек, которые начитались романов, и производит на них невероятное впечатление. Однако, на проверку оказывается, что именно мне нет никакого дела до этого, - мужчина натянуто улыбается, - Всего этого, - обводит указательным пальцем круг, в который заключает все пространство комнаты и парня на кровати в том числе, - Признаюсь, мне было дело, - делает акцент именно на глаголе в форме прошлого времени, - Пока во всем этом участвовал ты, свободный и не окольцованный, но сейчас... - вместо продолжения только отрицательно мотает головой, сжав губы.
Он медленно поднимается со своего места, снова подходит к кровати, держа руки согнутыми в локтях, чтобы кончики пальцев соприкасались друг с другом. Внимательный взгляд ползет по Лайтвуду, не упуская ни единой детали: раны, царапины, синяки, ссадины и татуировки на его теле, - Магнус может с уверенностью сказать, какие из них старые, а какие появились из-за событий не столь далекого прошлого. Они с Александром, может, и не были достаточно близки: маг до сих пор понятия не имеет, какой его любимый цвет, пора года, какое у него любимое детское воспоминание и о чем он думает в редкие моменты свободного времени, зато он прекрасно знает, что его раздражает, что радует и чему он предан. Закрой он глаза, легко нарисует у себя в голове портрет брюнета, причем как физический, так и эмоциональный. Но сейчас это не имеет ни малейшего значения. Детали. Все дело в деталях. Все дело всегда в деталях. Именно они остаются частью прошлого и определяют будущее. Общего будущего у них уже не будет.
Неосознанно маг вытягивает одну руку вперед, проводит ладонью над телом, снова проверяя, снова ловя те едва уловимые потоки энергии, которые должны подсказать что-то стоящее. Ничего. Только легкое покалывание, как от ссадины, и тупая боль в боку. Вероятно, физические травмы Лайтвуда достаточно серьезны. Вполне возможно, что с таким диагнозом справилась бы и обезьяна. Маг одергивает себя, резко убирает руку.
- Но тебе же плевать, правда? - широкая улыбка озаряет его лицо. Мужчина сначала аккуратно садится на край, а после и вовсе ложится, вытянув ноги и сцепив руки в замок на затылке, - А если плевать тебе, почему не должно быть все равно мне? - вкрадчиво интересуется, косясь на парня, - Поэтому мы либо работаем на моих условиях, либо не работаем вообще. В конце концов, ты всегда можешь найти еще одного Верховного Мага, который согласится помочь на безвозмездных началах. Да, придется попотеть, чтобы найти, но ты справишься, - протягивает, смакуя слова. Он прекрасно понимает, что у Лайтвуда нет времени на подобное: даже если предположить, что где-то далеко, на самом краю земли, действительно есть кто-то достаточно полоумный, чтобы согласиться помочь Александру, у парня просто банально нет времени. Значит, его единственный вариант лежит рядом с ним и изо всех сил строит из себя обиженного. Значит, ему придется согласиться. Значит, Магнус все еще может перетянуть одеяло на свою сторону.
Жена не стена - подвинется, а то и снесется к чертовой матери. В конце концов, у людей есть крайне подходящая особенность - они склонны бесследно пропадать.

+1

6

Значит, для Магнуса все было игрой, и теперь, когда приз в лице Алека перестал маячить на горизонте, он был готов отвернуться от сумеречных охотников? Лайтвуд был совсем не так воспитан, он не мог понять мотивов Магнуса. И тем более он не понимал, почему маг все еще был здесь, если теперь помощь охотникам не представляла для него никакого интереса.

Алек был солдатом, а не героем-любовником, и разрываться между долгом и желанием ему было непривычно. Да и с чего бы тут разрываться? Магнус был многовековым магом, который жил в свое удовольствие, ни в чем себе не отказывал и обычно получал то, что хотел. На сей раз он захотел Алека, но как долго бы продлилось это увлечение? Лайтвуд представлял, что, отказавшись от брака с Лидией, он мог бы попробовать составить пару с Магнусом. И сколько бы это продлилось, учитывая, что у Алека не было совершенно никакого опыта отношений? И как потом смотреть в глаза Конклаву, который не поощряет ни однополые отношения, ни связи охотников с нечистью? Алеку было суждено стать главой Института, и связь с Магнусом преследовала бы его до конца жизни - даром что сумеречные охотники долго не живут. И умер бы он, презирая себя за единожды допущенную слабость.

Как хорошо было Алеку до встречи с Магнусом! Он четко представлял границы дозволенного, у него было ясное понимание того, что есть хорошо, а что - плохо. С появлением Магнуса Лайтвуд осознал, насколько он был несвободен, насколько он был скован рамками, в которые добровольно позволил себя загнать. Неприятно было признавать, что маг все-таки в чем-то был прав.

Магнус улегся рядом с Алеком. Это была крайне непривычная близость: так близко рядом с Лайтвудом не находился никто, кроме членов его семьи, к которым он относил и Джейса. Тяжело вздохнув, Алек прикрыл глаза. Магнус все еще играл с ним, и весьма успешно. В этом-то и была проблема: великовозрастный маг давал Александру то, чего не мог дать никто другой. Лайтвуд отказывался это признавать, он вообще отказывался считать правильным все то, что происходило между ними.

Возвращаясь мыслями в прошлое, Алек задавался вопросом, что же такого он находил в Джейсе, что позволил себе считать чувства к нему влюбленностью. Он был слишком молод, чтобы понять, что именно его привлекало в Джейсе. Но это была не его самоуверенность, не его сила и смелость - Алека в Джейсе, наоборот, привлекала его слабость - такая, которую Джейс открывал только ему. Александру нравилось быть нужным, нравилось, что можно было сгрести друга в охапку и позволить ему почувствовать себя защищенным. Но Джейс все же хотел быть - или казаться - настоящим альфа-самцом, которому не нужна никакая забота. Он все реже приходил к Алеку с тем чтобы излить душу, с появлением Клэри Джейс и вовсе решил изображать супергероя - без сомнений и слабостей.

Магнус же был другим. Он был каким-то экзотическим совмещением женственности во внешнем виде и мужественности в поступках. Он был как кот, который вроде бы и ходит всюду сам по себе, но вполне настойчиво требует к себе внимания. И что-то подсказывало, что забота Алека была бы для него вовсе не в тягость, - возможно, именно она и была ему необходима. Магнус был больше открыт для эмоций, и их же он хотел получить от Лайтвуда. Своим видом, своими действиями он показывал, что был абсолютно свободен ото всех условностей, и, чтобы тоже стать свободным, нужно было просто быть вместе с ним. Это и пугало, и очаровывало.

- Ты продолжаешь со мной играть, Магнус, - Лайтвуд посмотрел на мага и, подняв руку, коснулся пальцами его подбородка. - И я не уверен, что готов пойти на эту сделку. Но у меня нет выбора, я принимаю твои условия.
Оказывается, быть откровенным куда проще, когда на твоем пальце надето обручальное кольцо. И прикосновения становятся смелее, когда у тебя есть путь к отступлению, пускай и условный. А может, Алек только сейчас созрел для того, чтобы смотреть на Магнуса, не испытывая смущения? Может, именно статуса женатого человека ему не хватало чтобы быть увереннее? Интересно, сколько супружеских пар Магнус уже разбил до встречи с ним? Лайтвуд догадывался, что ему это было не впервой. Да и вообще, Алеку было бы сложно стать для мага хоть в чем-нибудь первым - может, оттого он и не рискнул тогда... и не станет рисковать сейчас.
- Давай скорее разыщем Джейса, пока Валентин не запудрил ему мозги, - он положил руки вдоль туловища, давая понять, что готов к работе.

Отредактировано Alec Lightwood (2017-07-30 22:31:55)

0


Вы здесь » FLAME » Архив игры » am i wrong?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC